Сто рублей и шкаф

Продолжение истории

Кровать скрипит, тётя Оля кричит, Вовочка пыхтит… И действительно, было от чего пыхтеть. Ситуация, сложившаяся в комнате, была совершенно не тем, о чём подумал бы сторонний наблюдатель, услышав доносящиеся звуки. Вовочка, семилетний мальчуган с вихрастым затылком и вечно разбитыми коленками, стоял посреди комнаты, упершись ногами в ковёр, и изо всех сил толкал огромный, старый, обтянутый выцветшей тканью шкаф. Тётя Оля, женщина крепкая и громогласная, руководила процессом, сидя на краю той самой скрипучей кровати.

— Давай, Вовка, давай, родной! Ещё чуть-чуть! Не жалей спины, я тебе не чужой человек! — кричала тётя Оля, размахивая руками. — Ты же сам сказал, что хочешь меня «как женщину»! А какая из меня, к лешему, женщина, если у меня палас на стену не повешен и шкаф посреди прохода стоит? Вот, действуй!

Вовочка, красный как варёный рак, пыхтел. Он уже пожалел, что вообще нашёл эти сто рублей. История была проста до безобразия. Вовочка мечтал о новом велосипеде, но денег не хватало. И тут, о чудо, прямо на тротуаре возле мусорных баков он обнаружил заветную купюру. Сто рублей! Целых сто рублей! Счастью не было предела, пока он не столкнулся с соседкой, которая как раз выносила мусор.

— Тётя Оля, вот сто рублей, хочу вас как женщину, — выпалил он, желая произвести впечатление. Он, конечно, не знал точного значения фразы, услышанной от старших пацанов во дворе. Он думал, что это значит «хочу сделать вам приятно» или «хочу вас угостить», или «хочу за вас что-то сделать по-мужски». В его голове это звучало как предложение помощи и уважения.

Тётя Оля, женщина одинокая и хозяйственная, сначала опешила, но потом её практичный ум мгновенно нашёл применение «мужской силе» и «капиталу». Она тут же вспомнила, что уже месяц не может передвинуть мебель для генеральной уборки.

— Ох, Вовочка, — сказала она тогда, спускаясь с крыльца. — «Как женщину»… Ну, давай, помоги женщине. Мне как раз богатырь нужен. Шкаф передвинуть надо, и палас выбить. Ты ж мужик, ты ж с деньгами пришёл. Давай, заходи.

И вот уже сорок минут Вовочка таскал мебель. Сначала они передвинули комод, потом диван, потом тётя Оля заставила его поднять кресло, чтобы пропылесосить под ним, а теперь настала очередь шкафа. Шкаф был допотопный, из тяжёлого ДСП, и, казалось, врос в пол.

— Тёть Оль, — прохрипел Вовочка, упираясь плечом в боковину. — Я устал. Давайте передохнём.

— Не время отдыхать, когда женщина ждёт! — грозно ответила соседка, поднимаясь с кровати. — Вот сейчас чуть-чуть осталось. Раз, два, взяли!

Кровать жалобно скрипнула, когда тётя Оля встала, и ещё раз скрипнула, когда она плюхнулась обратно, чтобы наблюдать за результатом.

Наконец, шкаф с грохотом сдвинулся с места, оставив на паркете четыре глубокие царапины.

— Ура! — закричала тётя Оля так громко, что в соседней квартире залаяла собака. — Вот это по-нашему! Вот это по-мужски! А ты говоришь, «как женщину». Мужчина должен быть сильным, а не сюсюкать. Теперь давай, бери веник, подметать будем. А потом палас на улицу понесём.

Вовочка устало сел на пол. Он смотрел на свои руки и думал о том, что сто рублей оказались слишком тяжелой ношей. Он уже не хотел велосипед, он хотел просто лечь и не двигаться.

— Тёть Оля, а можно я пойду? У меня это… дела.

— Какие у тебя дела, Вова? — строго спросила она. — Мы ещё не закончили. Ты же сам сказал: «Хочу вас как женщину». Значит, доводи дело до конца. Вот сделаем уборку, я тебя чаем напою с вареньем. И ещё: ты где деньги взял?

— Нашёл, — честно признался Вовочка, понимая, что врать этой женщине бесполезно.

— Нашёл?! — тётя Оля всплеснула руками. — На улице? Сто рублей? Вовка, ты что, дурак? Это ж деньги! Их кто-то потерял! Может, это последние деньги у человека! Мать твоя знает?

— Нет, — испуганно прошептал Вовочка. Теперь он представил, как его будет ругать мама, и как тётя Оля позвонит ей прямо сейчас.

— Так, — тётя Оля подбоченилась. — Значит так, богатырь. Деньги мы эти никуда не потратим. Мы их отнесём в полицию или объявление напишем. Но так как ты их нашёл и решил потратить на «женщину»… Мне деньги не нужны. Я тебе бесплатно помогла? Помогла. Шкаф вон стоит, где надо? Стоит. А раз ты такой щедрый, значит, теперь будешь моим помощником до конца лета. Будешь помогать по хозяйству. Это будет твоя плата за науку.

Вовочка с ужасом понял, что попал в кабалу.

— Но я хотел вам просто помочь, — жалобно протянул он.

— Вот и помогай! — жизнерадостно сказала тётя Оля. — А «как женщину» — это ты брось. Женщине нужен не тот, кто деньги с улицы приносит, а тот, кто может шкаф передвинуть и мусор вынести. А ты, я смотрю, парень с потенциалом. Давай, вытирай пыль.

Последующие два часа прошли для Вовочки как в тумане. Он вытирал пыль с серванта, выбивал ковер на улице (тётя Оля стояла рядом и командовала: «Сильнее! Сильнее бей, чтоб пыль столбом!»), мыл полы.

Когда он, наконец, закончил, тётя Оля торжественно вручила ему стакан чая с двумя ложками сахара и большой кусок пирога с капустой. Вовочка ел и чувствовал себя настоящим тружеником. Усталость была приятной, а пирог казался самым вкусным в мире.

— Ну что, Вовка, — улыбнулась тётя Оля, когда он доел. — Понял теперь, что значит «как женщину»?

— Понял, — вздохнул Вовочка. — Это значит шкаф таскать и пыль вытирать.

— Не только, — хитро прищурилась соседка. — Это значит заботиться. А деньги… Ты про деньги забыл?

Вовочка достал из кармана помятую сотню. Тётя Оля забрала её и строго посмотрела на мальчика.

— Пойдём, — сказала она. — Напишем объявление. Может, хозяин найдётся.

Они вместе написали объявление: «Найдены 100 рублей. Обращаться в квартиру № 42 к тёте Оле». И повесили его на подъездной двери.

— А если никто не придёт? — спросил Вовочка.

— Если не придёт, сдадим в милицию. А пока… Приходи завтра. Поможешь мне гвоздь вбить. Полка упала.

Вовочка с ужасом понял, что это никогда не закончится.

—

Эпилог

Прошло две недели. Вовочка стал знаменитостью во дворе. Про него ходили легенды. Говорили, что он то ли ограбил соседку, то ли, наоборот, спас её от грабителей. Но правда открылась довольно быстро. Хозяин денег, дедушка Петя из соседнего дома, пришёл за сотней. Он так обрадовался, что подарил Вовочке пятьдесят рублей на мороженое. Тётя Оля, увидев это, заявила, что Вовочка теперь её официальный «внук по хозяйству» и что она будет ходатайствовать перед его мамой о смягчении наказания (мама, узнав про историю с деньгами, сначала хотела выпороть сына, но потом, узнав, что он отработал «сто рублей» физическим трудом, передумала и даже посмеялась).

Вовочка так и не купил велосипед в том году. Но зато он научился передвигать шкафы, выбивать ковры и вкручивать лампочки. И главное, он на всю жизнь запомнил: если хочешь сделать приятное женщине, лучше сначала спросить, нужно ли ей передвинуть шкаф, а не бросаться деньгами и странными фразами. А тётя Оля… Тётя Оля стала самой уважаемой бабушкой в подъезде, потому что у неё был «свой личный мужчина», который всегда мог прийти на помощь, когда надо было поднять что-то тяжёлое. И иногда, по вечерам, когда они пили чай на кухне, тётя Оля со смехом вспоминала, как маленький Вовочка «хотел её как женщину», а получил «как грузчика». И Вовочка, уже повзрослевший, только улыбался в ответ, зная, что этот случай изменил его отношение к труду и к людям больше, чем любые школьные уроки.

Кровать больше не скрипит по ночам — тётя Оля смазала петли, пока Вовочка таскал шкаф. А Вовочка вырос и стал очень сильным и ответственным мужчиной, который, впрочем, до сих пор при встрече с одинокими соседками на всякий случай уточняет: «Вам помочь донести сумки? Я не как женщина, я просто помочь